(выступление главного аналитика ФНЕ Виталия Волкова на конференции ОДКБ в МГИМО МИД РФ 27.04.26)

Речь пойдет о доминировании в управлении правилами, силами и смыслами, на нескольких примерах, являющихся проявлениями определенной концепции.

Первая группа, связанная с доминированием в управлении правилами, связана с тем, что я называю «юридической интервенцией». В апреле в германском бундестаге обсуждался запрос «Зеленых» об ужесточении мер по отношению к так называемому «российскому теневому флоту» на Балтике. И депутат от партии канцлера Ф. Мерца в правящей коалиции, Р. Кизеветтер, заявил, что благодаря работам Института обороны и стратегических исследований (GIDS) по вопросам морского права, страхового права и экологического права, у правительства ФРГ есть инструмент, который может позволить Берлину взять на себя роль координатора действий тех страх, которые уже предприняли конкретные меры против России на Балтике, а именно Франции, Швеции, Финляндии и Эстонии. То есть за счет надстройки, которая занята «юридической интервенцией» — таким трактованием правовых норм или же подготовкой изменений этих норм благодаря влиянию на соответствующие международные институции, которые, во-первых, создают более широкое поле для «легитимации применения санкций, информационной и военной силы», и, во-вторых, для взятия на себя роли управленца силами, а не исполнителя.

Этот подход не возник спародически. Не так давно в кругу военных экспертов в Германии обсуждались четыре точки вероятных военных конфликтов. Три из них лежали на линии от Балтики к Арктике. Один из них определялся принципом «Балтика – внутреннее море НАТО». И главным инструментом для осуществления этого принципа эксперты называли действия Германии и ЕС по «прилаживанию» морского права под этот принцип. То есть юридическая интервенция. Но и это не конец цепочки. В конце 2010-х годов, когда в европейской повестке властвовала экологическая повестка, тогдашний еврокомиссар по вопросам окружающей среды, голландец Франц Тиммерманнс, в прошлом служивший в разведке на «русском направлении», в эфире немецкого общественно-правового ТВ заявил, что Россия безответственно обращается с экологией в Арктике, поэтому, если хотеть, чтобы дети и внуки нынешних европейцев играли в игры, а не воевали за хлеб и воду, Россию надо вытеснить из Арктики.

То есть это проявление принципа, который, по утверждению немецких же аналитиков, лежит в основе стратегии ФРГ по доминированию среди европейцев «по контролю Запада над логистическими маршрутами глобального мира». Но сюда входят не только маршруты через север Европы, но и логистика, идущая через Центральную Азию и с участием стран региона. Эта логистика, в первую голову, ресурсная логистика, но и «санкционная» логистика, сейчас чрезвычайно интересуют и отдельные государства Европы, и ЕС в целом. То есть вся зона ОДКБ. (На другой, заслуживающий отдельного анализа, пример юридической интервенции, уже со стороны трампистов в США, указывает Ю.В. Громыко. Это Соглашения Авраама, куда под сурдинку включен Казахстан).

Вторая группа – это управление силами. Интересный пример дает прецедент Гренландии. По данным расследования, в марте обнародованного датскими СМИ со ссылками на множество источников в силовых и правительственных кругах Дании, после первых заявлений Трампа о Гренландии в Копенгагене долго не могли прийти к выводу, как оценить их. Но в 2025-м году разведка вынесла вердикт, что угроза вполне реальная. И в январе 2026-го года под видом учений по защите от «русской угрозы» в Гренландию была направлена военная миссия, с боевым вооружением, с взрывчаткой, с консервами крови и с боевым приказом воспрепятствовать высадке США. Главная задача состояла в том, чтобы не допустить того, что в Дании назвали «Крымским сценарием», когда бы США, высадившись без сопротивления, объявили бы о мирном присоединении острова к Америке. Но на что я хочу обратить внимание: Дания заблаговременно в тайне стала собирать коалицию для поддержки своих действий по защите Гренландии от США. При этом НАТО остался как базис, при этом не было речи о задействовании статьи 42 Лиссабонского договора об оказании странами ЕС военной помощи в случае нападения, не говорилось об активации некоего «евроНАТО». То есть базовые структуры не были задействованы, а шел поиск быстрой временной коалиции заинтересованных. И такие были найдены, включая Францию и даже ФРГ, отправившую пусть символическую, но все же группу военных. Это пример так называемой Ad Hock-коалиции. В условиях глобального кризиса и проявления самых разнонаправленных интересов даже внутри базовых силовых союзов этот принцип создания над имеющейся базой гибких надстроек по временно сонаправленным целям и применению силы будет масштабироваться. Это важно для ОДКБ как минимум ввиду двух аспектов. Как уже указывалось, зона влияния ОДКБ является также зоной разнонаправленных интересов и НАТО, и стран ЕС, которые могут собирать такие гибкие временные суб-коалиции для обеспечения интересов их участников с помощью юридических и иных прямых и опосредованных интервенций. Кроме того, и в самом ОДКБ разные стороны и их группы имеют не только сонаправленные, но и различные интересы, поэтому объективно технологии гибких настроек следует учитывать и здесь.

Еще один пример – это усилия ЕС по преодолению права вето одной страны (прецедент Венгрии) по принятию решений в международных делах и в военных делах. Руководство ЕС искало и, несмотря на избавление от Орбана, продолжает искать пути по обходу этого права вето за счет создания надстроек, которые, не отменяя базиса, на котором стоит ЕС, позволяли бы в вопросах быстрого применения силы принимать решения без консенсуса в базисе. Например, давняя дискуссия о Европах нескольких скоростей имеет целью создать такую институциональную надстройку в системе управления ЕС, которая даст возможность «европейцам наивысших скоростей» принимать решение о применении санкций и силы поверх консенсуса. А критерии, кто входит в тот пул, будут также задаваться некоей надстройкой… Умение их быстро создавать «под ситуацию» — это часть умения определять ход конфликтов в кризисные периоды.

Третье – это управление сознанием. Дело в том, что вкупе механизмы юридической интервенции и гибких временных коалиций, надстраиваемых над базисом союзов – это часть сознаниевых интервенций, которые определяют право, готовность и возможности воевать, и которые предшествуют и предопределяют войны. Военные часто сводят интервенции и надстройки этого уровня к «военной пропаганде» или, в лучшем случае, к «гибридным воздействиям». Пример привожу следующий: в ЕС начиная с 2022 года готовится так называемый «Международный трибунал над Россией по преступлениям против Украины». Этот проект имеет институциональное, финансовое, медийное, юридическое и политическое обеспечение. Есть штаб-квартира т.н. «Трибунала» в Люксембурге, есть договор по т.н. «трибуналу» между странами гибкой коалиции по поддержке этой институции, есть конкретная технология и штат и т.д. Функция этой надстройки высокого уровня – отправка в архив итогов Нюрнбергского Трибунала и предъявление мировому общественному сознанию нового обвинительного акта, переносящего чувство вины с «немца» на «русского». И современные информационные технологии позволяют это делать без наличия реальной победы на поле боя. Таким образом одновременно замыслено воздействие на сознаниевые структуры всех народов, живущих на территории России и, шире, бывшего СССР (т.к. оно востребует отношение к виноватому и отречение от него), а также подготовка отмены «Ялтинского миропорядка», обхода нынешней системы безопасности с опорой на СБ ООН (как конкретный ход – «Совет мира» Д. Трампа), а механизмы для этого включают юридическую интервенцию и, как явленный феномен, условный Меморандум «Палантира», определяющий критерии культур и стран, достойных и недостойных обладать правами управления миром, и способы приведения сознания человеков к должному состоянию с точки рения этих критериев.

Итог: победит тот, кто, в числе прочего, не отстанет в понимании механизмов оперирования кризисами путем выстраивания вышеуказанных гибких надстроек и опередит в скорости принятия превентивных решений. Для этого востребована не просто теоретическая аналитика, а аналитика, имеющая приводные рычаги к «мотору и к колесам».

Материалы авторов являются собственностью ФНЕ, при полном или частичном использовании ссылка на сайт foundeh.org обязательна

Фото Акмала Усманова